Кассия была уверена: этот день ей будет сниться в кошмарах. День, когда она узнала о том, что её король, её любимый муж Эккер уснул вечным сном — по её вине.


Во время похорон она не могла смотреть на его бледное тело, покоящееся на священном пьедестале, в выходных одеждах, которые должны были вскоре сгореть вместе с ним в густом пламени цвета оранжевого шёлка. Кассии было больно от одного осознания, что не подлей она этот яд, не реши избавиться от соперницы — её любовь осталась бы жива.

Но она не только горевала. Она также была напугана. И озлоблена.

Ведь Марджа — та самая любовница, для кого предназначался этот яд, была ещё жива.

Читать предыдущую часть

Её держали под королевской охраной в самой дальней темнице без еды и воды уже второй день. Суд обьявил её виновной и приговорил к казни, а вся столица с нетерпением ждала окончания похорон Эккера, чтобы потом наблюдать за торжествующей справедливостью. «Она заслужила смерть», — думала Кассия, но одна только мысль о том, что она встретится на том свете с Эккером, что их души соединятся на небе, пока она будет оплакивать своего мужа на земле — не давала ей покоя. Под вечер, когда поминки закончились, Кассия надела длинную чёрную мантию с капюшоном, который скрывал её красные от слёз глаза, и незаметно для всех зашагала в сторону темниц.

Её платье было грязным, рыжие волосы — растрёпанными и сбитыми в пряди. Марджа сидела на сыром полу в углу, положив голову на каменную стену и тихонько стонала от окружающего её ужаса.

— Ваше величество, я клянусь вам, я не убивала его, — она кинулась к её ногам, как только королева вошла. — Я не добавляла яд…

— Но ты спала с ним, — каменным голосом перебила её Кассия, и Марджа тут же замолкла, опустив голову вниз.

— Я виновата перед вами… Виновата перед всеми… Но я прошу у вас пощады, ваше величество. Да, сознаюсь в грехе — мы с королём Эккером… — она заплакала и опустилась ещё ниже к её ногам, так, что её некогда роскошные волосы упали на грязный сырой пол. — Но у меня даже в мыслях не было убить его. Я не знаю, как это случилось, но знаю, что человек, который по-настоящему желал королю смерти — всё ещё ходит на свободе!

Кассия с презрением сделала шаг назад. Злоба обуяла всё её тело.

— Возможно, смерти желали тебе, Марджа, — сказала она. — Ведь это, как-никак, было твоё вино.

Леди Ленгдон медленно подняла на неё свои глаза: полные слёз и удивлёния одновременно. С её губ уже хотел сорваться вопрос, но в последнее мгновение она передумала.

—…так почему ты его не выпила? — железным тоном спросила Кассия. — Почему твоё вино выпил король?

Та нервно сглотнула и попятилась на трясущихся коленях назад — было видно, как вопросы королевы поселили в ней ужас. Кассия же смотрела на неё, не отрываясь. Даже если Марджа и заподозрит в отравлении её величество — пусть.

Она королева.

Что стоит слово какой-то леди против самой Королевы?

В конце концов, эта гулящая девка отняла у неё любимого, и совсем скоро она умрёт по решению великого суда. Именно поэтому Кассия и пришла к ней сегодня, чтобы задать этот страшный вопрос: почему. Почему? Почему выпил он?

— Ваше величество… — пролепетала Марджа, вперившись мёртвым взглядом в пол. — Это роковая ошибка. Я не выпила вина, потому что совсем недавно узнала о новости.

— Какой?

— Право, мне так скверно…

— Говори, я сказала!

— Я узнала… — Марджа всхлипнула. — Я узнала о своей… беременности.

Всё внутри Кассии рухнуло в одночасье. Все её мысли свернулись в один перепутанный клубок, который снова подкосил её за ноги и заставил пошатнуться. Она беременна… Беременна от короля!

Вот он — кошмар, который точно будет ей сниться…

Эта пигалица Ленгдон не просто увела у неё любимого, не просто погубила его, она… носит его ребёнка.

Бастарды, конечно, не становятся королями, нет… Прав на престол у них примерно столько же, сколько и у личных кухарок принцев. Но узнай вассалы при дворе, что род Волдорфов на самом деле прервался на Эккере лишь наполовину, это точно бы принесло множество слухов и домыслов.

А ведь Кассия за всё это время так и не смогла забеременеть.

В порыве гнева она опустилась на колени и схватила Марджу за рукав:

— Кто-то знает? Отвечай мне, кто-то об этом знает?!

— Нет! — воскликнула Марджа и тут же испуганно замотала головой. — Никто не знает, ваше величество! Клянусь!

— Слушай меня, — сердце Кассии бешено забилось, а руки начали подрагивать. — Я сохраню тебе жизнь. Я прощу тебе то, что ты сделала. Но только при одном условии.

— Всё, что угодно… — леди Ленгдон снова упала в её ноги.

— Ты отправишься на Пальмовые острова, к моей сестре. Будешь жить у неё, работать на кухне и держать рот на замке…

Марджа подняла на неё глаза, которые снова наполнились неподдельным испугом.

—…ты выносишь и родишь этого ребёнка, — зловеще прошептала Кассия, и всё внутри её загорелось пламенем. — А потом, как только он появится на свет, ты отдашь его мне.

Губы Марджи затряслись.

Она замотала головой и тут же начала пятиться назад, однако Кассия ещё сильнее вцепилась в её рукав и со всей силы тряхнула:

— Или смерть.

Леди Ленгдон не хотела отвечать — она боялась даже раскрыть рта. Дорожки слёз на её щеках поблёскивали от света горящего факела в темницах и были похожи на шёлковую паутинку, которая обрывалась на её дрожащем подбородке.

— Но как же… как же вы это представляете… — забормотала она.

— Это не твоя забота. Младенец станет моим и будет расти в замке. Если родится мальчик, я сделаю из него нового короля, а ты… ты сохранишь себе жизнь.

Кассия отпустила её рукав, сама не осознавая, на какой обман она собирается пойти.

— Я согласна, ваше величество, — тут же услышала она шёпот от Марджи.

***

Колокола забили вновь.

Леди и лорды при дворе их, кажется, уже ненавидели.

Они собрались в тронном зале быстро, некоторые даже не успели накрахмалить свои воротники, предвещая чего-то недоброго от этих колоколов. С похорон Эккера не прошло и нескольких суток, а ведь вопросы о престолонаследии в таких сложных ситуациях могут решаться месяцами.

Но королевский совет во главе с Кассией уже ждал всех с нетерпением, чтобы объявить новость:

— Королева беременна! — сказал старый советник, вознеся руки к потолку. — Боги благосклонны! У почившего короля Эккера будет наследник!

Под шквал рукоплесканий и восторженных возгласов Кассия улыбнулась и положила ладонь на свой живот.

Продолжение...