4 сентября 1862 года на плохо укрепленный казачий пост «Георгиевский», входивший в состав построенной на Кубани Адагумской оборонительной линии, обрушилась лавина «закубанских хищников». Так тогда называли горцев. И всё бы ничего, только против трех тысяч черкесов выступило только 30 казаков, на тот момент находившихся на посту.
Горцы даже представить себе не могли, что эта небольшая, слабо укреплённая крепостца, в которой находились всего три десятка неверных, сможет долго сопротивляться. Увидев такое большое количество отважных воинов, они, конечно же, сразу сдадутся. Однако никто и подумать не мог, что горстка казаков проявит такую невероятную храбрость и в очередной раз прославит русское воинство.

Когда горцы подошли ближе, пластуны открыли огонь. Враг был настолько близко, что казаки могли поражать его, практически не целясь. Из-за того, что черкесы стояли так близко друг к другу, одна пуля могла поразить двух или даже трёх человек. Враг с диким и отважным ожесточением бросался на ограждение поста, но казаки раз за разом отбивали атаки.

Командовавший постом сотник Ефим Горбатко, которого местные горцы уважительно называли султаном, в пылу сражения громко обращался к своим пластунам, которые были несколько смущены большим количеством врагов: «Не робей, ребята! Разве вы не потомки славных запорожцев? Что скажет о вас батюшка-царь?»

Не сумев захватить пост с наскока, черкесы бросились рубить забор, отделявший их от защитников укрепления. Сделав пролом в изгороди, горцы хлынули вовнутрь. Но казаки не отступили ни на шаг, пустив в дело штыки и приклады.

Однако силы были неравны, один за другим казаки падали, сраженные шашками и кинжалами. Увидев, что в Горбатко попала пуля, жена сотника Марьяна со страшным криком бросилась на черкесов, защищая тело своего мужа от поругания. Отважная казачка выстрелом из ружья поразила одного из врагов и заколола другого штыком. Опешившие на минуту горцы в порыве ярости изрубили Марьяну.

Озверевшие разбойники уже праздновали победу, принялись на радостях глумиться над телами погибших, но, как оказалось, бой ещё не был закончен. Несколько казаков, запершись в казарме, открыли огонь по врагу, а на требование сдаваться прозвучал лаконичный ответ: «Пластуны не сдаются! Сдадимся, коли царь велит!».

Не сумев взять казарму штурмом, горцы обложили её хворостом и подожгли. Боясь подхода русских подкреплений, черкесы оставили пластунов сгорать заживо и поспешили отступить, прихватив с собой около 200 тел своих соплеменников. Большую цену пришлось заплатить врагу за набег на Георгиевский пост.

Пост с тех пор был прозван горцами «постом смерти», а шашка сотника Горбатко, как знатный трофей, переходила у черкесов из рук в руки.
***