«Никакой войны не будет, господа», — подытожил контр-адмирал Витгефт, закрывая оперативное совещание ночью 9 февраля 1904 года. Не пройдет и часа, как русские корабли будут атакованы японскими миноносцами на внешнем рейде Порт-Артура.
Эта война, как принято считать, оказалась для нас полностью неудачной. Только первый бой 9 февраля можно с натяжкой назвать ничейным. Все последующие сражения на море и на суше закончились поражением русской армии – в Мукдене, Цусиме, Порт-Артуре и т. д.

Но почему так произошло? Ведь Россия еще с 90-х годов 19 века активно готовилась к возможному военному конфликту на Дальнем Востоке. Это стало очевидно в 1895 году, когда русские буквально вырвали Ляодунский полуостров из рук Токио, аннексировав его у Китая раньше японцев. И сразу же начали превращать забытую богом деревеньку Люйшунькоу в крепость Порт-Артур.

Ответить на этот вопрос трудно, но предположить можно. Возможно, в высших военных кругах считали, что Япония просто не в состоянии противостоять России. Ну кто они и кто мы? Таких Японий штук 100 на карте России разместятся. Ну в крайнем случае будет ничья, и все останутся при своём.

Однако в самой Японии так не полагали. Токио стремился к победе и желательно быстрой. Недавно мне попался один интересный документ, и, если верить ему, то военные расходы Японии к 1904 году достигли, внимание, 70% от валового национального продукта. Конечно, здесь был и большой минус, потому что эти фантастические проценты покрывались огромными внешними займами, которые в случае поражения нечем будет отдавать.

Было очевидно, что Япония в случае конфликта не собиралась вести долгую войну. Прогнозировали ли в военном руководстве такие варианты, мы не знаем. Однако известно, что французские военные аналитики за два года до начала войны и британские специалисты уже перед войной предупреждали русский генштаб: японцы обладают самым современным и мощным флотом в регионе.

И как вы думаете, каков был «наш ответ Чемберлену»?

Программа по модернизации флота, на которую обещалось выделить 250 млн руб., всячески стопорилась. Министр финансов Витте при всякой возможности убеждал императора: «Это большие расходы, а японцам нужно ещё 5–7 лет, прежде чем они будут готовы к войне, а аналитики — так это же англичане. Им лишь бы России нагадить».

Что касается Порт-Артура, здесь тоже всё было печально. За девять лет строительства было едва построено 20% укреплений. Так что, если вы думаете, что только в современной России всё через одно место, спешу вас разочаровать.

Самое интересное, что, проиграв все крупные сражения, не Петербург искал мира, а Токио. Всего за год войны экономика Японии стала трещать по швам. Налоги выросли на 150%. Внешний долг увеличился в 4 раза, а иена рухнула на 90% (рубль — всего на 4%).

Дальше затягивать войну для Японии грозило полным экономическим коллапсом. Токио стал судорожно просить Париж, Лондон, Вашингтон помирить их с Россией. На призыв откликнулся Рузвельт. Американский посол часами убеждал Николая II в так «необходимом» России мире.

И наше руководство, зная наверняка, что Япония к 1905 году, по сути, уже была банкротом, идёт на унизительный мир.

Жест доброй воли — не иначе.

***