Смущённый Рауф сидел, ёрзая, в просторном, светлом кабинете, как бы чувствуя, что попал он сюда случайно, волей случая, и это место совсем не для него.

Юлия тяжко вздохнула, потыкала наманикюренными пальчиками по клавиатуре громадного моноблока, спросила:

– Значит, вы у себя… там… работали учителем?

Рауф, огладив пальцами обширную седую бороду, отвечал:

– Зачэм учитэль? Учитэль – это я быль ещё в перестройка, молодой когда быль, тогда и русский выучиль… А потом работаль там у нас в министерстве, культура занимался, карьера быль у меня хороший.

Юлия едва заметно поморщилась, помахала перед ним ладошкой.

– Это всё хорошо, дорогой Рауф Самадович, только сами понимаете – все эти заслуги у нас тут не котируются. Другое государство, понимаете? Руками умеете что-нибудь делать?

Рауф усердно закивал головой в тюбетейке:

– Умель, всё умель, дом сам для дочки строиль, сам совсэм. Но у меня внук тут, понимаэшь, и я приехаль к нему, надо помочь. А как помочь, когда дэнег мало? На работу нэ берут, хоть у меня разрешений все есть, регистраций по мэсту жытельства есть… Говорят – возраст, ызвыни отэц. А какой возраст, если я всё сам могу?

Юлия мотнула платиновой чёлкой, прошлась ещё раз руками по клавиатуре и призадумалась.

– Ну вообще-то, да, Рауф Самадович, возраст ваш. Это сложно, формально не причина для отказа, но вы ж понимаете – люди есть люди. Боятся рисков, вдруг с вами, что случится, и кто будет ответственность нести?

– Какой отвэтность, зачэм? Я савсэм здоровый, даже ни разу в палыклыныка нэ ходыль.

Юлия качала головой, укоризненно поглядывая на Рауфа через стильные очки, и кажется готова была уже распрощаться с просителем – даже агентство занятости людям предпенсионного возраста ничем помочь не могут.

Внезапно на столе завибрировал телефон. Юлия глянула на экран и подхватила гаджет в руку:

– Да, Семён Павлович, добрый день! Очень рада вас слышать…

В течение следующих пяти минут она ласково ворковала и притворно ахала-охала, слушая густой солидный басок на том конце невидимого мобильного провода.

Наконец, дав отбой, улыбнулась Рауфу:

– А знаете, вот этот наш клиент, что мне звонил… У него собственное ивент-агентство, они мероприятия всякие устраивают. И, кажется, Рауф Самадович, вам повезло – клиент сейчас срочно ищет для одного шоу старика Хоттабыча. Вы знаете, кто такой старик Хоттабыч?

Рауф усердно закивал головой:

– Конечно, знай, я ж учитэль, говориль же. Фильм сматрэл, книжка читал – всё знай…

Юлия недоверчиво смотрела на него.

– Точно знаете?

Рауф задумался, потом подёргал руками себя за бороду и сказал:

– Хасан Абдурахман ибн Хаттаб слюшай и повинуйся, исполню любой твой желание!

Юлия улыбнулась:

– У меня одно желание, чтобы наш клиент остался доволен. В общем так, рекомендацию к нему я вам, Рауф Самадович, оформлю, завтра поедете к нему офис и обо всём договоритесь. Надеюсь, вы найдёте с ним общий язык, а платит он за работу достойно, поверьте, всей вашей семье хватит…

Рауф улыбнулся в ответ и, посмотрев на бейдж Юлии, смиренно ответил:

– Благодарю вас, о почтеннейшая из почтеннейших Юлыя ибн… Как ваш отэц зовут?

Юлия ещё раз с лёгкой укоризной глянула на Рауф Хоттабыча через очки и быстро защёлкала пальцами по клавиатуре.