Никто не собирается выключать интернет целиком — это слишком громко и дорого. Ни технически, ни юридически, ни физически это невозможно. Интернет устроен иначе. Но можно сделать хитрее: не рубить, а приучать. Фильтры, блокировки, свои сервисы вместо чужих — и вот тебе управляемый интернет. Свободу не отнимают разом, её дробят по кусочкам: сегодня закроют мессенджер, завтра усложнят платежи, послезавтра заменят любимый зарубежный сервис удобной «нашей» альтернативой — и люди привыкнут. Это режим «тонкой адаптации»: интернет есть, но он работает в рамках того, что удобно властям. И да — никто не будет врать, что это для вашего же блага; это просто грамотный способ контролировать, где и как вы живёте онлайн.

Любой сайт, который не вписывается в местные правила — бах, в реестр и тихо помирает. Сотнями, тысячами. Это не драматическое «выключили интернет», это аккуратная зачистка выбора.

Погружение в мир интернет‑блокировок начинается с одного слова — DPI. Это не магия, а железка у провайдера, которая знает, какие сайты и сервисы ты открываешь, и умеет их душить по частям. Представь: трафик проходит через сито, а это сито решает — пустить, замедлить или отрезать вообще. Что делает DPI на практике: Видит протоколы и адреса — понимает, что ты юзаешь. Может замедлять конкретные сервисы до черепашьей скорости. Может выбить из строя отдельную функцию — например, звонки в мессенджере (вот почему они иногда не работают). Может полностью блокировать ресурсы.

Государство делает себе свой «справочник» разрешённых сайтов — типа национального DNS. Когда иностранные домены начнут банить, провайдерам останется только этот перечень. Что это значит? Провайдеры будут отдавать только адреса из национального реестра. Заходишь на сайт, которого в реестре нет — и видишь просто пустое окно, как будто сайт никогда и не существовал. Интернет останется вроде как включённым, но выбор сайтов будет сужен до списка, одобренного сверху.

Главный рычаг — ручное управление внешними каналами. С 1 марта 2026-го у государства появится возможность закрывать или душить международный трафик централизованно. Представь: раньше Россия была связана с внешним миром несколькими «трубами» — провайдеры, точки обмена трафиком. Хотелось заблокировать что‑то — приходилось высылать запросы каждому оператору и ждать. Теперь можно просто нажать кнопку и перекрыть сразу все трубы. Что это даёт властям: Моментально ограничивать выход в зарубежный интернет при «угрозах» и «чрезвычайных ситуациях». Менять параметры трафика централизованно — замедлять, фильтровать, блокировать каналы.

Пульт у государства — это не про одноразовый трюк. Когда власти получают контроль над скоростью, доступностью и «трубами» интернета, главный вопрос — не смогут ли они что‑то выключить, а как часто будут этим пользоваться. Сначала закроют «за угрозу», потом — «точечно», потом — «пофиг, просто надо». И каждый раз это преподносят как «временная мера», «для безопасности», «до нормализации»

Страна не копирует ни китайскую модель, ни северокорейскую тёмную комнату без интернета. Она лепит свой гибрид. Часть сервисов режут и фильтруют, часть — заменяют «нашими», а остальное — просто тихо вытесняют.