В тихой районной библиотеке им. Фёдора Михайловича Достоевского, пахнущей пылью и временем, случилось невероятное событие. Произошло оно с Сашей, девушкой, которая любила проводить вечера за классикой.

В тот день Александра читала Бальзака. Точнее, пыталась читать, но её больше отвлекали забавные пометки на полях вроде «Ох, уж этот Гобсек! Знакомый тип!» и «100 франков в 1830 году — это сколько на наши-то?».

И вот между страниц, где герои мучились от страстей и финансовых кризисов, она нашла пожелтевшую закладку. На ней были аккуратно выведены чернилами цифры: 34, 71, 112, 155, 200.

Любопытство — злейший враг спокойного чтения. Именно оно и заставило Сашу открыть указанные страницы. На каждой она обнаружила аккуратно обведённые слова.

Саша, вооружившись карандашом и квитанцией за квартиру (другой бумаги под рукой не нашлось), торопливо их записала. У неё получилось: «Прекрасная миледи, вы согласны стать моей женой?»

Сердце её ёкнуло. Это было куда увлекательнее, чем сам Бальзак! Она подошла к выдающему книги святилищу — столу Марии Ивановны, женщины, которая работала здесь со времён, когда формуляры заполнялись чернильной ручкой.

— Мария Ивановна, это что, библиотечный квест такой? — с придыханием спросила Саша, протягивая закладку.

Библиотекарша сняла очки, протёрла их и улыбнулась так, будто только и ждала этого вопроса.

— Ах, деточка, это же история почти тридцатилетней давности! — начала она, и её глаза засияли. — Жил тут у нас один романтик, Серёжа. Скромный такой, библиограф. А любил он Люську, нашего реставратора. Девушка с характером, обожала французскую классику и намёки.

Мария Ивановна принялась рассказывать, и картина ожила.

Сергей, молодой человек, чьё мужество обратно пропорционально его должности, решил сделать предложение по-настоящему творчески. Он неделю штудировал этот самый том Бальзака, выискивая подходящие слова. Затем вложил закладку и сказал Люсе, что там «есть одна интересная пометка».

Люся, девушка практичная, книгу взяла, но в тот день её срочно вызвали реставрировать сгоревший в домашней драке том Дюма. Потом был аврал, потом отпуск, а когда она вернулась, Сергей, не дождавшись ответа и решив, что его отвергли, написал заявление о переводе в архив. И книга благополучно вернулась на полку, где его крик души и пролежал в забытьи три десятилетия.

— И что же Люська? — не выдержала Саша.

— А Люська вышла замуж за военного и уехала в другой город, — вздохнула Мария Ивановна. — Не судьба. Она так и не нашла эту закладку. Говорила мне потом по телефону: «Может, оно и к лучшему. Я бы его за такое пафосное предложение сама отвергла. Надо было просто в лоб спросить!»

Саша смотрела на закладку, чувствуя лёгкую грусть.

— Не печалься, — подмигнула ей Мария Ивановна, возвращая книгу на полку. — Зато теперь у нас есть легенда. И предупреждение для всех библиотечных романтиков. Если задумали предложение в книге, убедитесь, что ваша миледи не предпочтёт Дюма Бальзаку! А то ваш вопрос может затеряться среди страниц, как любовное письмо, отправленное с неверным адресом.

С тех пор Саша, читая классику, всегда проверяет издание на наличие тайных посланий. А вдруг? Вдруг где-то на полке до сих пор пылится чьё-то неполученное «да»?

Книги иногда говорят больше, чем писал автор.

Ведь библиотека как город из слов, где у каждого тома своя улица, а у каждой закладки своя история.

© Ольга Sеребр_ова