Армии XIII века были в большинстве своём временными. Они оставляли мало "административных" следов, особенно во время гражданских войн, когда правительственная машина давала сбой. Из всего главного, только снаряжение воинов может быть описанл с полной уверенностью. Лишь во времена правления преемника Генриха III сохранилось достаточное количество письменных свидетельств, таких как документы со стоимостью лошадей воюющих сторон, чтобы полностью узнать полную информацию о армии того периода.
Однако стоит точно сказать, что в отношении рассматриваемого конфликта, то обе стороны были схожи. Конфликт был политическим спором между аристократическими фракциями, а не социальной революцией, мобилизующей новые виды сил. Многие высказывания о королевских войсках в равной степени применимы и к их противникам.

Армия роялистов

Армия, сражавшаяся за Генриха III при Льюисе, была собрана по королевскому указу традиционным способом. Король разослал гонцов во все части королевства с письмами, призывающими всех явиться в Оксфорд с конницей и оружием к первому воскресенья Великого поста. Оксфорд удобно располагался в центре государства, где проживала большая часть английского населения.

Сколько людей откликнулось на призыв Генриха, мы не знаем. Когда в 1266 году он призвал аналогичное войско для осады замка Кенилворт, многие из тех, кто должен был служить в армии, извинились, сказав, что уже три или четыре раза отправлялись в поход за предыдущие 12 месяцев, что противоречит уставу.

В период Ившемской кампании подход был иным, поскольку король находился вплену у баронов. Лидеры роялистов прибегли к «щедрым взяткам и обещаниям», чтобы мобилизовать своих сторонников и всех, кто имел зуб на режим де Монфора, «так что все, и граф Глостер, и беглецы, и друзья пленников собрались в большом составе и быстро образовали мощную армию». И есть подтверждения, что армия лорда Эдуарда состояла из недовольных Монфоромсолдат и пуатевинцев, недавно высадившихся в Пембруке, «с приспешниками из отважных воинов» и «бесчисленного множества рыцарей из соседних частей королевства», другими словами. Вместе они образовали «такую ​​силу конницы и пехоты, превосходящую всякую оценку».

Тактическая организация этих войск, вероятно, следовала обычному средневековому образцу. Группы воинов формировали конрои, или «знамена», по десять-двадцать человек в каждом. Затем они объединялись с несколькими другими "знамёнами", образуя эсхил, своеобразный аналогбригады. Возможно, численностью в сто человек, они были удобными подразделениями для развертывания в линию или друг за другом.

Имеющиеся у нас данные свидетельствуют о том, что рыцарские армии были крошечными. Средневековое население было малочисленным и бедным; рыцарское снаряжение и обучение обходились дорого. При дедушке Генриха III, Генрихе II, было всего 6278 английских рыцарей, являвшимися в военном плане кавалерией. Спустя столетие эта цифра сократилась до 1000 или 2000. Недостаток численности имел значение по многим причинам. Небольшие армии были мобильны, их было легко перебрасывать и снабжать, они занимали мало места на поле боя; но они были уязвимые для внезапного нападения и могли быть быстро разгромлены.

Военное снаряжение отражало богатство и социальный класс тех, кто его носил. Нормы 1242 года требовала, чтобы высшие слои общества, владельцы земель стоимостью 15 фунтов стерлингов в год, имели длинную кольчугу или лорику, железный колпак, меч, кинжал и лошадь, как и те, кто владел имуществом стоимостью 40 фунтов стерлингов. Копья и щиты не были приэтом расходными материалами.
Хорошо экипированным рыцарям требовалось больше одной лошади, таккак на одной они воевали и передвигались; на другой, до тех пор, пока это не требовалось, "погружали" доспехи, что позволяло быстро передвигаться. Эти лошади,зачастую, были также защищены кольчугой.

Простые бойцы, менее богатые люди, носили более легкую защиту.

Хроникальные упоминания о сотнях рыцарей и тысячах пехотинцев в Льюисе и Ившеме предполагают соотношение пехоты и конницы в армии роялистов один к трем.

Вооружение пехоты включало копья, луки и стрелы, более лёгкое оружие, такое как фальцесы и гизармы, а также фальшионы и алебарды.

Говорят, что в 1264 году шотландские вассалы Генриха III привели с собой на юг большое количество пехоты. Если они были экипированы подобно шотландской пехоте, сражавшейся с его внуком, то носили стёганые льняные "доспехи", «которые меч не мог легко пробить», с копьями и топорами в качестве оружия.

Армия баронов

Противники Генриха III собирали, организовывали и оснащали свои основные силы во многом так же, как и роялисты. Решающее различие между сторонами заключалось в численности собранных людей. Хронисты сходятся во мнении, что бароны уступали в численности: в четыре раза в Льюисе, согласно анналисту Данстейбла; ещё больше в Ившеме.
Поддержка де Монфора испарилась, когда некийсоюз баронов раскололся. Имея численное равенство со сторонниками Генриха III в 1258 году, бароны всё больше разобщались. Симон оказался в смертельной зависимости от своей семьи и соратников из Мидленда, таких как неродственный ему Питер де Монфор. Как и в случае с баронской оппозицией королю, многие "раскольники" были молодыми людьми, которым нечего было терять. У таких людей не было военных ресурсов крупных феодов.

В 1251 году Симон имел враспоряжении 60 рыцарей. На пике могущества в 1264 году кнего было 160 наёмных рыцарей. И чтобы пополнить ряды рыцарей, Симон обратился к мелкому дворянству. И если верить утверждениям двух йоркширских источников (хроники Мельсы и Ланеркоста), что потери баронов при Ившеме составили 180 рыцарей, 200 других тяжеловооруженных всадников, 5000 валлийцев и 2000 пехотинцев. То ему это мало помогло. Даже если они путают начальную численность с потерями, что является простой ошибкой.

Де Монфор пополнял свои обычные силы и другими способами. В более счастливые времена король даровал ему замки в Лестере, Одихэме в Хэмпшире и Кенилворте близ Уорика. Плюс он контролировал Дувр, долгое время считавшийся «воротами в Англию». Наряду с контролируемым Лондоном, эти укреплённые пункты служили убежищами и стратегическими опорными пунктами. Помимо убежища, Лондон предоставлял ополчение, традиция, восходящая к осаде Винчестера в 1141 году, когда 1000 лондонцев двинулись в Хэмпшир, «великолепно экипированные шлемами и кольчугами».