Заякнулся Я знакомым, что уже три года на производстве не работаю. Так они мне с вопросом: "Чего на СВО не идёшь?". Сначала я опешил от такой прямолинейности, от этой бесцеремонности, с которой люди теперь вторгаются в чужую жизнь, словно это их законное право. Три года я пытался забыть бессонные ночи аварийных работ в РАО ЕЭС России, "Россети", выстраивал свой маленький мир, где вместо плана и бессоных ночей – свобода выбора и творчества. И вот, пожалуйста, прилетает вопрос, как обухом по голове: "Чего на СВО не идёшь?". Чего дома сидишь?
Не спросив о моём здоровье и моей семьи.

С одной стороны, понимаю – время сейчас такое, каждый ощущает на себе дыхание этой огромной, трагической истории. И люди, наверное, просто не знают, как еще выразить свою тревогу, свою вовлеченность, свой страх. Но, с другой стороны, где та грань, за которой заканчивается забота и начинается навязчивость, за которой заканчивается сочувствие и начинается давление?

Я не сторонник громких заявлений и политических споров. Каждый сам решает, как ему жить и как ему поступать. Но мне кажется, что уважение к чужому выбору, к чужой жизни – это основа здорового общества. И если я говорю, что три года не работаю на производстве, это вовсе не значит, что я уклоняюсь от чего-то, что я трус или предатель. Я люблю Родину и готов умереть за неё. Это просто значит, что я живу своей жизнью, и имею на это право. И, честно говоря, мне бы хотелось, чтобы это право уважали.

И вот я стою, оглушенный этим вопросом, и понимаю, что мой маленький мир, который я так тщательно выстраивал, оказался хрупким, как карточный домик. Ветер перемен, дующий из новостей и разговоров на улицах, легко разрушает границы личного пространства. И теперь я должен не только защищать свой выбор, но и объяснять его. Объяснять людям, которые, возможно, и не хотят ничего понимать, которые видят мир черно-белым и не допускают полутонов.

Я вспоминаю годы работы в энергетике. Тяжелый труд, аварийные выезды до изнеможения, хроническая усталость. Да, это был вклад в общее дело, в экономику страны. Но это было и выживание. И когда я ушел, я ушел не от обязанностей, а от необходимости. Я выбрал другой путь, другой способ быть полезным. Может быть, менее заметный, менее героический, но мой.

И разве не в этом суть свободы? В праве выбирать свой путь, не оглядываясь на чужие ожидания, не оправдываясь за свои решения. В праве быть просто человеком, живущим своей жизнью, вносящим свой вклад в мир так, как он считает нужным.

Мне не нужно доказывать свою патриотичность, мне не нужно оправдываться за свой выбор. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Чтобы дали мне право на мою жизнь, на мою свободу, на мой маленький мир, в котором нет места давлению чужих ожиданий. И, может быть, тогда, в тишине и спокойствии, я смогу найти способ быть действительно полезным, не ломая себя и не предавая свои принципы.

А ушёл Я с работы три года назад, где проработал более тридцати лет, по причине здоровья, и в свои 50+ не идти на СВО тоже есть причина, и это причина здоровье.
И сам Я ветеран боевых действий, где пришлось отдать свой долг в Афганистане.

И это не оправдание, а тот факт и ответ тем знакомым (уже бывшим), которые мне задали этот вопрос.

Всем мирного неба, здоровья.

Ребятам на СВО вернуться домой живыми и здоровыми.