Моя женщина варила борщ. Наша кухня, и без того маленькая, теперь казалась совсем крохотной, потому что в ней кроме меня находилась ещё моя женщина. Она стояла у плиты и варила борщ.
-Милый,- прощебетала она, развернувшись ко мне,- сегодня,- она отхлебнула из поварёжки, у нас - борщ.
-Ой-ли,- усомнился я, сидя за кухонным столом и загородившись газетой.
-Ах ты сомневаешься? Ничего себе!- моя женщина нахмурилась, но не надолго. Она хитро прищурилась. А я настороженно вздрогнул, поглядывая на неё поверх газеты.
-Милый, у нас будет борщ,- настойчиво пообещала мне моя женщина.- С мясом, капустой, свеклой, картофелем, свежим помидором, морковкой, петрушкой и чесночком.
-Ты ничего не забыла?
-Я? - она снова окунула поварёжку в кипящую кастрюлю. Отхлебнула. Ещё отхлебнула. Наконец сказала, причмокивая:
-Ты прав, милый.
-Началось,- выдохнул я и уткнулся в газету.
-Я огурцов туда порежу. Солёненьких.
-Угу,- отозвался я без оптимизма.
Я слышал как она нашинковала огурцы, спустила их в кастрюлю и туда же снова окунула поварёжку. Запричмокивала:
-Уууу, милый! Какая вкуснятина! Правда лучка не хватает зелёного.- В ход пошёл лучок.- И грибков. Опят. Свежих.
- Это что-то новенькое,- сказал я.
Шинкование. Плюханье поварёжки. Причмокивание.
- Ну как?- спросил я не без интереса.
- Вкуснятина!- ответила моя женщина.- Я полбаночки кукурузы ещё высыплю. Маринованной.
В кастрюлю посыпалась кукуруза. На этот раз моя женщина испробовала "борща" аж целую поварёжку. То есть она её всю съела. Затем вторую...
Я сделал себе бутерброд с колбасой и сыром. Кстати, и то, и другое она также нашинковала и спустила в кастрюлю.
Наконец -то моя женщина " сварила "борщ" и видимо наелась. Она стояла спиной к плите и раскачивала поварёжку в такт какой-то песенке, которую тихонько напевала. Она была довольна.
- Милый,- прощебетала моя женщина,- ты подождёшь второе? А то первое, то бишь борщик, я нечайно весь съела.
- Конечно, дорогая,- ответил я и сделал себе ещё бутерброд.
Я ел бутерброд и любовался ею, моей очень кругленькой женщиной. Я любовался тем, как она варила макароны, заправляя их сахаром и конфетами.
- Скорее бы ты уж родила,- сказал я и глупо улыбнулся.